Наталья Мифтахутдинова

Есть такая профессия – в ОМОНе служить



К празднику Дня защитника Отечества


 



Признаюсь, каждый раз при приближении праздника Дня защитника Отечества я испытываю когнитивный диссонанс. Этот праздник, как и любой другой, подразумевает поздравление, но вопрос – кого?

Мухи отдельно, котлеты отдельно

Согласно истории его происхождения, в этот день поздравляют только исключительно военнослужащих – тех, кто служил, либо продолжает это делать.

С другой стороны с годами этот праздник видоизменился, и поздравления в этот день получают все без исключения, кто хоть как-то, гендерно, относится к представителям мужского пола, для меня, что тоже забавно.

Я не понимаю, как в этот день можно поздравлять мужчин, которые вместо года службы в армии предпочли прятаться за юбками своих матерей, или же их откупали папы-олигархи? Или же поздравлять мужчин, покупающих справки в медучреждениях о якобы своей негодности, вплоть до указания мнимых психических расстройств? Или же мужчин, которые перед выходом из дома укладывают ухоженные локоны и наносят в разы больше косметики, нежели чем я? Мужчин, которые дабы избежать года нахождения в воинских частях, предпочли с головой зарыться в словари и рефераты, максимально продляя обучение до 27 лет? Для них, уж если так хочется поздравления и признания, то есть праздник Всемирный день мужчин – первая суббота ноября, но никак не День защитника Отечества. Для меня этот вариант адресатов для поздравлений непонятен. Я всегда говорила, а вдруг война начнется, не дай Бог и что? Эти люди, вооружившись гигиенической помадой и румянами, или же словарями, или схватив за руку олигарха-папу, побегут в окопы за Родину сражаться? Смешно… и в тоже время грустно, ведь они не побегут, они быстрее пристанут к толпе женщин, детей и стариков, а в окопы и под пули бросятся совершенно иные ребята, те, кому изначально и посвящен этот праздник, те, кто и должен принимать поздравления в честь него, они истинные защитники нашей Родины не на словах, а на деле, они… настоящие мужчины.

О настоящих мужчинах

В преддверии праздника хотелось бы рассказать о тех людях, кто не только служил в рядах российской армии, но и продолжает нести службу, по сей день. Они, сотрудники ОМОН, которые в любой момент по приказу отправятся защищать интересы нашей страны, о тех, кому не понаслышке знакомы честь и достоинство, а главное, они четко понимают и свято относятся к такому понятию, как долг перед Родиной.

О создании подразделения в нашем регионе, о его работе и о своих командировках в «горячие точки» в интервью «ВМ» рассказал старший инспектор отделения организации службы майор полиции Юрий Янсон.

Вопрос – ответ


– Юрий Николаевич расскажите, чем сегодня занимается ОМОН?

– Магаданский отряд мобильный особого назначения (ОМОН) был образован 11 июня 1993 года. Как и прежде, личный состав ОМОН, на сегодняшний день, занимается обеспечением общественного порядка и общественной безопасности, борьбой с преступностью совместно с коллегами из других правоохранительных органов.

Сотрудники охраняют общественный порядок на публичных, культурных и спортивных мероприятиях, участвуют в проведении специальных мероприятий (операций), работают с молодежью, обеспечивают охрану лиц, занимающих высшие государственные должности, отправляются в командировки для выполнения служебно-боевых задач, участвуют в проведении контртеррористических операций.

– Вспомните, как вы пришли на службу в отряд мобильный особого назначения?

– С моим трудоустройством в ОМОН забавная история произошла, мне тогда было 24 года. На тот момент я 2,5 года работал в «Магаданнефтепродукт», а до этого два года проходил службу в армии.

Все разваливалось в 90-е годы, государственные предприятия переходили в частные руки, превращаясь в акционерные общества. Эта судьба коснулась и «Магаданнефтепродукт», начались проблемы с выплатой заработной платы, и мне посоветовали искать другую работу.

Сначала возникла мысль устроиться на службу в ФСБ, меня давно туда друзья приглашали, но я решил зайти в УМВД по Магаданской области. Там мне сказали, что сейчас формируется новое подразделение, которое называется ОМОН и спросили: «Пойдешь?» «Пойду!» – сказал я. И вот почти 27 лет я служу в отряде.

– Расскажите подробнее о командировках в «горячие точки». Сколько их было и куда ездили?

– Я ездил в командировки и в первую, и во вторую чеченскую компании. Повторюсь, на службу я пришел 30 июня 1994 года, а уже в декабре началась война. В марте 1995 года в звании сержанта пулеметчиком я поехал в первую свою командировку в составе отряда. С магаданского ОМОН тогда поехало около 50 человек.

Нас тогда направили в Грозный. Мы приехали и начали сразу же обустраиваться. Находились мы в разгромленной школе в Ленинском районе, там была организована третья комендатура. Комендантами были полицейские, а рядом стояли внутренние войска – «Дон-100» из Новочеркасска. По приезде мы их подменили, и там нас находилось два отряда ОМОН (один из Магадана, а второй из Владивостока).

Потом к нам прислали роту срочников из батальона армейской милиции из Мурманска. Они несли основную караульную службу, а мы выполняли другие служебно-боевые задачи: рейды с оперативниками, адресные проверки и другое.

Каждую ночь комендатура, в которой мы располагались, подвергалась обстрелам боевиков. В метрах 250-и от нас, через реку Сунжа, стоял разрушенный учебный комплекс, и нас постоянно оттуда обстреливали. И вот как-то ночью, при очередном подобном обстреле, наш коллега, магаданец Игорь Кшимовский, умудрился «положить» в окно, откуда шел обстрел, выстрел из «граника» (РПГ-7). В здании что-то сдетанировало, и обстрел сразу же прекратился. Утром пошли зачищать здание, и на третьем этаже обнаружили в одной из комнат кровавые следы волочения. Также обнаружили направляющую для пуска ракеты из установки «Град», которая была направлена в сторону наших позиций. Боевики готовились к решающему выстрелу. И если бы Игорь не попал, то наша позиция была бы уничтожена. Таким образом он спас всех нас, сам того не ведая. За этот бой Игорь Леонидович был награжден Орденом Мужества.

Позже был объявлен односторонний мораторий на применение оружия. Однако, с 9 на 10 мая боевики совершили попытку нападения на важный стратегический объект – мост через реку Сунжу, который находился в зоне ответственности нашей комендатуры. Мост охранял ОМОН из Владивостока. При отражении нападения наш отряд оказал огневую поддержку коллегам из Приморья. Мы отрезали от моста группу боевиков и тем самым предотвратили его взрыв. Тогда я получил свою первую государственную награду – медаль «За отвагу».

Затем я долго учился и не ездил в командировки, но отряд продолжал выполнять боевые задачи в Северо-Кавказском регионе. Так, 3 марта 1996 года наш Отряд принимал участие в штурме г. Серноводск. Слава богу, из всех боев магаданский ОМОН вышел без потерь.

Моя вторая командировка была в 1999 году – это была вторая чеченская кампания, наш отряд участвовал в освобождении города Гудермес. Мы не знали, какая там обстановка, очень долго кружили вокруг города, но обошлись без потерь, город нам сдали без боя.

Потом мы работали в городе Шали, там я получил вторую государственную награду «За отличие в охране общественного порядка» – мы взяли трех боевиков. Рано утром, сработали без разведки, заскочили в дом, где они еще спали в кроватях, и взяли их живыми. Боевики не успели оказать нам сопротивление.

Одновременно с этим мы еще несли службу на КПП на двух направлениях. Обыкновенная работа – боевая служба.

– А были ситуации на грани, еще бы секунду и вас бы убили?

– Находиться там – это уже быть на грани. Нас вот как-то Бог оберегал. Была командировка в Старые Промыслы в марте 2000 года, когда попал под обстрел ОМОН из Сергиева Посада, и у них погибло много ребят. Тогда они заходили со стороны Моздока и попали под обстрел, а мы ехали в это время со стороны Махачкалы. Мы заночевали в ГОШе (главный оперативный штаб) в Грозном и утром должны были уехать в Заводской район. Нас поднимают и говорят, что случилась беда с коллегами. Поэтому нас направили в Старые Промыслы им на смену, и уже там мы продолжили нести службу.

Потом ездил еще в несколько командировок. Всего у меня их было 9 до 2009 года, а у отряда больше 20 командировок в «горячие точки».

Последняя моя командировка была в Ханкалу. Я работал инспектором в отделе организации работы ОМОН, СОМ и работы КПП. Хорошая работа, интересная, но много бумажной. Пользуясь нашими приказами, я эту бумажную работу сократил до минимума. Работой моей были довольны, я был поощрен руководством объединенной группировки войск.

– Когда магаданский ОМОН ездил в командировки, домой возвращался в полном составе?

– Возвращались все, Слава Богу, так сложилось, что во все чеченские компании мы не потеряли ни одного сотрудника. У нас были раненые, контуженные, но погибших не было.

– Вспомните чувство, когда Вас отправляли в первую командировку.

– Я ехал уже состоявшимся мужчиной, взрослым, мне было 24 года. Я знал, что война убивает, но есть приказ и его надо выполнять. Незадолго до командировки я женился, и меня ждали дома. Чуть позже у меня родилась прекрасная дочка.

– Вы с первой командировки вернулись прежним человеком? Замечали ли в себе изменения?

– Вы знаете, есть некие события, которые запоминаешь на всю жизнь, вот одно из них – это война.

На войне люди проявляют свою истинную сущность. Командировка поменяла мое отношение ко многим вещам, жизненным ценностям. Я понял, что способен действовать в любых условиях, рискуя жизнью, когда вокруг свистят пули и рвутся снаряды. В то же время я осознал, что многие этого не могут. У нас были люди в отряде, которые отказывались ехать на войну и переходили служить в другие службы, но я их за это не осуждаю.

– Вы помните свой первый серьезный бой?

Помню, нападение с 30 апреля на 1 мая 1995 года, как раз моя первая командировка, нас обстреляли. Был очень тяжелый бой, он продолжался практически 14 часов. Началось все с банального обстрела, но характерно то, что он начался днем, а не ночью, как это было раньше. Мы в это время отдыхали, и вдруг воздух наполнился шумом от взрывов гранат подствольных гранатометов. Мы приняли бой.

В результате внезапного обстрела семеро сотрудников комендатуры получили ранения, мы им оказали помощь, помогли выйти из-под обстрела, а потом пошла боевая работа. Мы отбивались всю ночь, выводили с обстреливаемой территории комендатуры автотранспорт, в том числе и бензовоз.

Бой затянулся, к нам на помощь выдвинулись две бронированные группы, которые должны были оказать поддержку, но из них не пробилась ни одна, их заблокировали на улице. Пробиться смогли только сотрудники телеканала НТВ, благодаря им кадры этого боя попали в эфир федеральных СМИ.

Ближе к утру, когда огонь противника стих, мы пошли на зачистку территории и обнаружили раненого наемника из Украины. Мы оказали ему помощь, а утром передали его сотрудникам ФСБ. Чеченцы своих забрали всех, и раненых, и убитых, а наемника бросили. Они сами к таким относятся с пренебрежением, ведь те воюют за деньги.

– Почему началась вторая чеченская война?

– Вообще, некоторые события первой Чеченской кампании, о которых я рассказывал, происходили уже на момент объявленного моратория на боевые действия. Однако, в 1996 году все-таки был заключен так называемый «Хасавюртовский мир», и первая Чеченская война закончилась.

Чеченские сепаратисты восприняли Хасавюртовские соглашения как победу. Все властные полномочия так и остались в руках самопровозглашенной республики Ичкерия. Закончившаяся война оставила после себя разрушенную экономику. Критически изменилась внутренняя социальная обстановка. Тот, кто раньше боролся за независимость, скатился до криминальных разборок. Герои республики превратились в обычных бандитов. Промышляли они не только в Чечне, но и на территории всей России. Особо прибыльным делом стало похищение людей. Соседние регионы особенно почувствовали это.

Еще одним фактором, влияющим на обстановку в регионе, стало популярное религиозно-политическое течение – ваххабизм. Сторонники ваххабизма стали устанавливать власть ислама в аулах – со стычками и стрельбой. С каждым днем обстановка все больше обострялась. В 1999 году боевики Басаева и Хаттаба попытались провести военную операцию в Дагестане, что и послужило основным поводом для начала новой войны. В то же самое время были проведены теракты в Буйнакске, Москве и Волгодонске.

– В тяжелые минуты на войне на кого вы уповали?

– На товарищей своих, потому что они тебе спину прикрывают, а не кто-то другой.

– Вы религиозный человек?

– После командировок стал им. После первой командировки жена меня отвела в храм, где я прошел обряд крещения.

– Если бы вам сегодня сказали ехать на войну, вы бы поехали?

– Да ведь это приказ, а его надо выполнять.

– Была ли оценка ситуации? Ради чего? Зачем мне воевать и подобное?

– Скажу за себя, когда объявляют, что завтра утром едем на спецоперацию, начинается мандраж, руки ходуном и подобное. Сидишь, думаешь и все осмысливаешь. Надо просто лечь и поспать. Потом встаешь и как робот, на автомате, откинув лишние мысли, сосредоточившись на задаче, идешь работать.

– С предательствами на войне сталкивались?

– В отряде нашем нет. Здесь работают фанаты своего дела, кто предан своему подразделению, и опозорить его своим поступком – неприемлемо для нас.

– А были ли позитивные моменты?

– В 2009 году, в последнюю свою командировку, я попал в Ханкалу, служил в группе управления войсками. Руководство организовало конкурс художественной самодеятельности. Я вспомнил, что когда-то пел и даже неплохо, и стал призером этого конкурса. Эта затея всем понравилась, и мы организовали выездную бригаду, в свободное время давали концерты, перепевая под «минусовки» известные шлягеры. Каждую субботу ездили по оперативным группировкам в различные районы и давали концерты для бойцов. Почти как в фильме «В бой идут одни старики». Я и сейчас иногда выступаю на конкурсе «Солдаты антитеррора» в городе Хабаровске.

– Что такое Родина?

– Моя страна, мой край, моя семья. Вспомните, сколько боевики совершили террактов, сколько погибло людей. Когда я выполнял служебно-боевые задачи по ликвидации незаконных вооруженных формирований, я не хотел чтобы это продолжалось. Я знал, ради чего воюю.



Сетевое издание «Вечерний Магадан». Регистрационный номер ФС77-73952 присвоен Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 12.10.2018. Главный редактор Наталья Альбертовна Мифтахутдинова. Учредитель: муниципальное автономное учреждение города Магадана «Медиахолдинг «Вечерний Магадан».

 Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с письменного согласия редакции.
Редакция не несет ответственности за материалы, размещенные пользователями.

Порядок обработки персональных данных на сайте.

Электронный адрес evenmag@citylink.ru 

Телефоны: главный редактор - 620478, приемная - 627412 

СДЕЛАЛ AIGER