«Сельскохозяйственный бизнес – это очень рискованное дело»



Интервью с Сергеем Жамьяновым


Генеральный директор ООО «Птицефабрика Дукчинская» Сергей ЖАМЬЯНОВ

У птицефабрики Дукчинская богатая история, но в том виде, в котором мы ее сегодня знаем, она существует с 2003 года. Чтобы соответствовать современным требованиям, руководством была проведена полная модернизация предприятия: все устаревшее оборудование демонтировано, а на его месте появилось современное европейское.

Это позволило использовать более продуктивные кроссы кур, очень требовательные к условиям содержания. Кроме того, было открыто новое направление – производство охлажденного куриного мяса.

Благодаря всем нововведениям сейчас птицефабрика производит для региона 25 млн яиц и 250 тонн охлажденного мяса бройлеров в год. Для обеспечения области необходимой продукцией здесь постоянно трудятся 86 человек персонала и около 20 человек в порядке аутсорсинга.

О том, что сегодня из себя представляет птицефабрика, почему из магазинов вдруг пропали дукчинские яйца, и может ли сельхозпредприятие выжить в современных условиях без господдержки, «ВМ» рассказал генеральный директор ООО «Птицефабрика Дукчинская» Сергей ЖАМЬЯНОВ.

– Наша птицефабрика производит 6 категорий яиц: начиная от самых маленьких «С3» (от молодых кур, которые только начинают нести яйцо), до самых больших двухжелтковых – «СВ». Кроме того, для бюджетных учреждений и в небольшом количестве на продажу мы производим «Диету», со сроком годности всего 7 суток.

Также мы производим мясо кур как в охлажденном, так и в замороженном виде: целая тушка, голень, бедро, филе, крылья, фарш. Большим спросом пользуются субпродукты: печень, сердце, желудки и т.д. На корм животным продаем костные остатки.

– Разделка тушки – это же дополнительные расходы (персонал, оборудование), как вам удалось сделать это рентабельным?

– Это не очень выгодно в плане денег, но эти расходы того стоят. Наша основная задача – продать продукцию. А сделать это проще в виде «запчастей». Человек приходит в магазин и скорее купит килограмм ножек или крыльев, а не целую тушку весом 2 килограмма.

– Что касается реализации продукции, сколько у вас магазинов и планируете ли вы расширение торговой сети?

– Мы как раз сейчас занимаемся расширением торговой сети. Активно привлекаем к сотрудничеству других предпринимателей, которые выступают в роли наших агентов, то есть торгуют по нашим ценам либо получая от нас агентское вознаграждение, либо скидку на нашу продукцию.

Сейчас в городе на всех 5 рынках есть наши точки. Также у нас есть магазины на Автовокзале, на улице Якутской, в микрорайоне Строитель. Кроме того, наши магазины на Оле, Соколе, Палатке, в Ягодном. Сейчас ищем помещения в Синегорье и Сусумане.

Недавно нашу птицефабрику посещал имам города Магадана Рамазан Алиев, так как у нас на птицепереработке работают мусульмане, у него возникла идея, чтобы они производили бой птицы по канонам ислама, тогда можно будет сказать, что эта продукция – халяль. Он также задумывается о том, чтобы открыть специализированный магазин по продаже такой халяльной продукции. Мы в свою очередь тоже нацелены на сотрудничество с ним.

– Чем халяльная продукция будет отличаться от обычной?

– При производстве халяльной продукции главная задача состоит в том, чтобы был правильно сделан надрез, и тушка была полностью обескровлена. Но по ГОСТам, по которым мы работаем, должно быть также. Так что какого-либо отличия не будет.

Мы как-то обращались в совет муфтиев России, чтобы пройти аккредитацию и получить сертификат, дающий право наносить на свою этикетку знак, что это халяль, но цена вопроса оказалась для нас неподъемной. В итоге мы отказались от этой идеи.

Поэтому сейчас, когда мы получили от имама такое предложение, то, естественно, мы готовы на него откликнуться.

– Вы руководите птицефабрикой с 2013 года, какими достижениями в работе вы особенно гордитесь.

– Я занимался тем, что основывал бройлерное производство. Мы с 2014 года начали его строительство. Стояла задача – обеспечить бюджетные учреждения (детские сады и школы) охлажденным мясом птицы.

В начале 2014 года по поручению губернатора нами был разработан план строительства. В апреле мы уже взяли кредиты в банке, купили оборудование. Областной бюджет просубсидировал 70% стоимости этого оборудования, и мы на эти деньги произвели реконструкцию цехов, ремонт канализационных, водопроводных и электросетей, полностью отремонтировали все помещения.

В сентябре приехало оборудование, мы его смонтировали. В ноябре привезли первую птицу, в декабре уже получили первое мясо. И дело пошло…

Все было построено. На оборудование потрачено порядка миллиона евро. Кредиты, которые мы брали, уже гасили за свой счет.

– Как птицефабрике удается держаться на плаву в это нелегкое кризисное время?

– Спасибо нашему населению, что оно своим рублем голосует за нашу продукцию, и мы имеем тот сбыт, который сейчас есть. Потому что, если бы не наши спасители – магаданцы, которые голосуют за бренд «Дукча», нам бы было трудно.

– Магаданцы жалуются, что не могут найти на прилавках магазинов «дукчинские» яйца. С чем это связано?

– Эта проблема состоит из многих частей. Обычно летом потребляют яиц меньше, но в этом году на них какой-то повышенный спрос. Мы продали содержимое всех складов и сейчас торгуем по факту «с колес». Все, что привезли из цеха – все сразу уехало в магазины.

С другой стороны, мы столкнулись весной этого года с проблемой доставки нового поголовья птицы. Мы привозим сюда суточных цыплят из Новосибирска. Раньше оттуда в Магадан летали «Эирбасы», а сейчас стали летать «Боинги». Разница для нас существенная, так как в багажнике «Эирбаса» есть все необходимое для доставки птицы: температурный режим, воздухообмен и т. д. А в «Боинге» багажник меньше и нет воздухообмена, поэтому привезти птицу сложно – она задыхается. Но наши поставщики смогли договориться с авиакомпанией, чтобы на даты, когда мы осуществляем перевозки, они поставляли «Эирбасы».

Тут появилась еще одна проблема. Если раньше мы перевозили по 45000 голов тремя рейсами, то в этот раз нам удалось перевезти только 40000 из-за нехватки места в багажнике.

Первые два рейса прилетели без потерь, а на третий нам поставили «боинг» – «эирбас» задержался. В итоге, пока птица долетела, мы потеряли 1000 голов задохнувшимися, оставшиеся 12000 – придушенные, что повлияло на их яйценоскость. Мало того, что вместо 45000 голов мы получили только 38000, так еще треть цеха не дают те показатели, которые должны были.

Из-за всего этого наметился определенный дефицит.

Кроме того, бывают проблемы с перевозкой: мы не можем привезти яйца своими силами, а у магазинов нет свободных машин. В итоге у них на полках яиц нет – они лежат здесь, их ждут. Сейчас эта ситуация сходит на нет. Неделя – две и проблемы не будет.

– Расскажите о проблемах, с которыми вам приходится сталкиваться как сельхозпроизводителю.

– Сельскохозяйственный бизнес – это очень рискованное дело. Если взять с самого начала, то первый риск – это то, что мы не найдем поставщика. Сейчас для несушки мы можем купить цыплят только в Новосибирске и только у одной птицефабрики, потому что рядом нет других, которые могли бы нам их поставлять. Есть риск, что из-за сбоя на производстве, они не смогут нам их продать.

Авиакомпания поменяла борты, и мы привезли полузадушенное стадо – это еще один риск. Погодные условия могут подвести. Например, из-за метели самолет, который летел к нам с цыплятами, сел в Иркутске на целую ночь. Хорошо, что его загнали в теплый бокс и открыли багажник, чтобы был воздухообмен. В итоге никто не погиб. Если бы в том аэропорту нам не пошли навстречу, погибло бы 15 000 голов. А они обходятся нам в 1 млн рублей.

Здесь их надо чем-то кормить, для этого мы заранее привозим комбикорма. А если ледокол где-нибудь сломался и не может разгрузиться? Цыплята уже прилетели, а корма нет – опять погибнут.

В то же время птица – это довольно стрессонеустойчивое существо. Яркий свет, громкий звук, резкие движения могут напугать птицу настолько, что она перестает нести яйца или погибает от разрыва сердца.

Также в любой момент могут возникнуть непредвиденные расходы. У нас есть цех 45 000 голов – полное заселение. Зимой, благодаря тому, что там стоит самое современное европейское оборудование, отопление вообще не требуется.

45 000 голов птицы выделяют тепло, которое компьютер использует для того, чтобы отопить это помещение. Но это полностью заселенный цех. Сейчас там сидят 38 000 голов. Мы уже готовимся к тому, что зимой их придется обогревать, а, значит, пойдут вверх расходы на отопление.

Падение рубля, рост евро – это тоже сказывается на нас. Комбикорма только с начала года подорожали на 15 процентов. Это очень много. Транспортная составляющая тоже дорожает.

– Что касается рабочих рук, есть трудности с подбором кадров?

– Мы берем всех, кто хочет работать. Я имею ввиду такие должности как: работник по уходу за птицей, слесарь по оборудованию, электрик. А дальше здесь учим всему сами.

В большинстве своем как таковой текучки кадров нет. Процентов 80, а то и 90 – это устоявшийся коллектив.

– А как находите квалифицированных специалистов?

– Некоторых мы «выращиваем» сами – отправляем на учебу. В прошлом году наш зоотехник закончил Приморскую сельхозакадемию. Главного ветврача мы лет 8 назад привезли из Новосибирска. Также занимаемся «переманиванием». Например, к нам пришел сотрудник устанавливать видеонаблюдение. Оказалось, что по образованию он слесарь КИПиА. Предложили хорошую зарплату, и он пошел к нам работать. Это штучные люди, которых очень сложно найти. Мы слесаря КИПиА лет 5 искали. Нет людей, соответствующих всем необходимым требованиям.

И.о. бригадира птицеводческого участка Евгения Шерстернева.– Важный вопрос для каждого покупателя: как проверяется безопасность продукции у вас на предприятии?

– У нас принята программа производственного контроля, согласно которой, ветеринарная служба постоянно мониторит состояние как готовой продукции, так и состояние здоровья птиц. Проводится проверка воды из нашей скважины, комбикормов. А также проверка готовой продукции, как яиц, так и мяса. Практически ежедневно проводится осмотр состояния птицы.

На любой птицефабрике инкубатор – это самый биологически защищенный объект, потому что в нем находятся идеальные условия для размножения любых вирусов. У нас туда имеют допуск всего 7 человек. Кроме них туда никто не может зайти под страхом увольнения.

– Есть какие-то новые проекты, которые бы вы хотели реализовать?

– Один из проектов – это строительство завода по переработке куриного помета в сухое гранулированное удобрение. Конечно, этот проект довольно дорогой. Мы к нему присматривались года 4 назад, и цена оборудования тогда была 25 млн рублей.

Тогда нас остановило то, что для него нужно здание высотой 6 метров, а у нас такого нет. Строить его тоже было очень дорого.

Но сейчас мы нашли решение этой проблемы: легкие металлические каркасы – ангары. Они как раз подходят и довольно недорогие.

Мы вернулись к этому вопросу, потому что нам нужно решить проблему с куриным пометом. То, как мы сейчас с ним обращаемся, складывая в пометохранилище, не отвечает современным нормам и требованиям по экологии. И этот вопрос необходимо решить. Нам нужно перерабатывать этот помет и либо сжигать его, либо делать удобрения.

– Что касается мер государственной поддержки, может ли сельхозпредприятие на Севере выжить в современных условиях без помощи государства?

– Производство сельхозпродукции на Севере – это в принципе очень затратное и трудное дело. И конкурировать с привозной продукцией из других регионов нам очень сложно. Без государственной поддержки не обойтись.

Потому что себестоимость производства довольно высокая, и, соответственно, высокая цена. Население не покупало курицу по 330 рублей за килограмм тушки – люди не могли себе это позволить. Поэтому мы в конце прошлого года вообще собирались закрывать мясное направление.

Но государственная субсидия, которая была выделена на первый квартал этого года, позволила нам снизить цены на треть – до 230 рублей за килограмм охлажденного мяса, и продажи пошли. С 1 октября нам пришлось поднять стоимость до 250 рублей за килограмм.

Если будет помощь от государства, то мы уже думаем наращивать производство, чтобы снизить издержки. Потому что, чем больше производишь, тем дешевле оно стоит. Персонал остается тот же, увеличиваются расходы на комбикорм, но доходы от мяса пойдут вверх. Соответственно, цены можно еще уменьшить, чтобы продавать еще больше.

– Без соответствующих мер господдержки, что ожидает птицефабрику?

– Сначала мы закроем мясное производство. Под увольнение попадет 18 человек непосредственно с фабрики и 20 человек на аутсорсинге, которые занимаются переработкой птицы на конвейере.

Стоимость яйца первой категории будет не 90 рублей, а 130. Соответственно, за эти деньги очень сильно упадет сбыт. Значит, начнется затоварка складов. Поэтому производить столько, сколько мы производим, не будет никакого смысла.

А проблема в том, что, опять же, чем меньше производишь, тем дороже становится продукция. Если у меня работает 2 электрика, то они должны работать вдвоем по технике безопасности, что при 20 млн, что при 10 млн яиц, которые мы производим. Ветеринарному врачу при сокращении производства зарплату не порежешь в 2 раза, человек развернется и уйдет. И так везде и всюду.

Из тех 25 млн яиц, что мы сейчас производим, нам придется производить миллионов 10. Ну и, соответственно, сокращение персонала в половину, а это человек 40. А у всех семьи, дети…

– Какую часть рынка нашего региона занимает продукция вашей птицефабрики?

– По производству яиц мы закрываем примерно 70% потребления. Чтобы закрыть 100% нам нужно снизить цены, потому что привозная продукция значительно дешевле. Если мы сможем это сделать, тогда есть возможность закрыть все 100 процентов. Но опять же, чтобы снизить цены, нам нужны субсидии, потому что из своих собственных резервов мы уже не можем это осуществить.

По сообщению магаданского минсельхоза, замороженной курятины в регион завозится 4 тысячи тонн. Потенциал для наращивания производства в этом направлении у нас очень большой. Но опять же, чтобы нарастить производство, нужно снизить отпускные цены и очень существенно.

Моя заветная мечта, чтобы дукчинские яйца стоили 60 рублей, а килограмм охлажденного куриного мяса – 150, тогда мы сможем конкурировать с привозной продукцией. Со своей стороны мы уже сделали все, что можно: модернизировали цеха, обучили людей, максимально сократили расходы. Но без помощи государства – это нереально.



© Муниципальное бюджетное учреждение города Магадана «Редакция общественно-политической еженедельной газеты «Вечерний Магадан». Все права защищены. 

Любое использование материалов допускается только с письменного согласия редакции.
Редакция не несет ответственности за материалы, размещенные пользователями.

Порядок обработки персональных данных на сайте.

685000, г. Магадан, пр. К.Маркса, 40

evenmag@citylink.ru

СДЕЛАЛ AIGER