Мария Максимова

Шаг к исторической истине



30 октября - День памяти жертв политических репрессий


Фото: magadangorod.ru

Для нашего региона, ставшего местом массового пребывания заключенных со всех концов Советского Союза, дата наполнена особым смыслом и трагичностью.

И тем прискорбнее замечать, как день, рожденный человечным стремлением почтить память невинно пострадавших, превратился в закостенелый штамп, рождающий в магаданских газетах заголовки типа «Через колымские лагеря прошло около миллиона заключенных».

Цифры и факты

Давно установлено магаданскими историками и неоднократно опубликовано, что за весь период существования Севвостлага через него прошло около 870 тысяч заключенных (вот откуда взяты «около миллиона»), из них расстреляно по приговорам Тройки более 10 тысяч человек. Известно также, что большинство этих заключенных были осуждены по уголовным статьям: например, в 1949 году в Севвостлаге и Берлаге из чуть более 120 тысяч заключенных только 15,5 тысяч были осуждены за контрреволюционную деятельность.

Эти цифры – не попытка умалить трагедию тысяч невинно осужденных, а только лишь шаг к исторической истине, страдающей от попыток повсеместного и огульного порицания советского государства – «карателя» и «палача».

Надо быть осторожным и деликатным, прикасаясь к таким больным темам. И часто – надо быть готовым к тому, что исторические документы откроют совсем не ту правду, которой хотелось бы жаждущим реабилитации родственникам «репрессированного».

Последнее десятилетие с заявлениями о реабилитации, как правило, обращаются родственники не тех, кто прошел через кровавую мясорубку 1937-1938 годов, а осужденных более позднего, послевоенного периода. В сознании таких заявителей, к сожалению, четко сформировано убеждение, что любой отбывавший в те годы наказание пострадал незаконно. Однако архивные документы нередко убеждают нас в обратном.

Помимо заключенных, послевоенная Колыма была населена разношерстным составом работников Дальстроя: вольнонаемные, бывшие заключенные, оставшиеся на Колыме после отбытия наказания в силу различных причин (в том чис­ле и принудительно), ссыльные, высланные и спецпоселенцы. Основную часть бывших заключенных, как уже было сказано, составляли лица, осужденные за уголовные преступления – «уголовно-бандитский элемент и воры», как называли их в документах. Вольнонаемный состав Дальстроя составлял около 80 тысяч человек бывших заключенных, ссыльных и спецпоселенцев, а так называемых «договорников» – 40000. В числе последних было также немало разного рода проходимцев, приехавших на Колыму скрыть свое социальное прошлое, преступления, совершенные в центральных районах СССР, и скрывающихся от уплаты алиментов.

Все группы населения, кроме заключенных, проживали в домах или бараках, следственно, не были изолированы друг от друга. Общение заключенных, находившихся под охраной, с вольнонаемным составом и спецпоселенцами было затруднено, но не исключено. Уровень преступности был чрезвычайно высок.

Из исправительно-трудовых лагерей ежегодно освобождалось несколько тысяч отбывших наказание уголовников, которые имели право выезда на «материк», однако далеко не всегда им пользовались. Из отдаленных районов вся эта масса стекалась в Магадан. Ожидая парохода, перед отбытием из порта Нагаево многие из них были вынуждены по несколько месяцев проводить в городе, что также не способствовало спокойной обстановке. Пропивая и проигрывая имеющиеся у них деньги, бывшие осужденные совершали новые преступления – грабежи и разбои. Вражда, переходящая в драки, поножовщина и убийства была обычным делом как в лагерях, так и «на воле». Например, в июле
 1949 г. во 2-м транзитном городке организовалась бандитская группа из числа 20 человек, которая за 15 дней совершила 5 грабежей с нанесением тяжелых ножевых ранений, одно из которых закончилось убийством.

Нередки были и побеги из мест заключения, вызванные «слабостью режима» в исправительно-трудовых лагерях Дальстроя. Об этом свидетельствовало количество задержанных заключенных, которые, уходя из расположения лагеря или с места работы, совершали убийства, грабежи и кражи. За 7 месяцев 1950 года только в городе ими было совершено 48 преступлений, задержано 67 бежавших заключенных и 62 заключенных, нарушивших лагерный режим.

Документы свидетельствуют и о витавших в воздухе антисоветских настроениях, которые воплощались на практике в угрозы вовсе не идеологические, а как раз-таки уголовные. Высказывания о намерениях «душить», «резать», «вешать» коммунистов иногда реализовывались и на практике. Осужденные за подобные деяния в те годы по политическим статьям (по той самой 58-й) позднее были не реабилитированы, а признаны в совершении уголовных преступлений с переквалификацией деяний.

Повсеместно в «социально-враждебной среде» высказывались мысли о скорой неизбежной войне с Америкой, которую Советский Союз, конечно, проиграет и которая станет единственным спасением от советской власти. Высказывались мысли и о том, что «атомная бомба американцев наведет порядок в России». Страшно представить, что было бы, воплотись в жизнь эти надежды и чаяния.

Сумский и Алтай

В мае 1952 г. в тамбуре парикмахерской 9-го лагерного отделения Особого лагеря № 5 МВД СССР была обнаружена антисоветская листовка, призывавшая заключенных к сколачиванию боевых групп для борьбы с Советской властью. Листовка была подписана руководителями подпольной партии ВСДП (Всесоюзная социал-демократическая партия) Сумским и Алтай.

Принятыми мерами было установлено, что к изготовлению листовки причастен заключенный Масличенко (здесь и далее фамилии изменены), судимый дважды: в 1949 году за хулиганство и в 1950 году за измену Родине, выразившуюся в пособничестве фашистам на территории Украины в годы войны.

Во время обыска у заключенного было изъято письмо, адресованное в Организацию объединенных наций, в котором содержалась просьба «оказать политическим заключенным любую помощь и спасти им жизнь». Авторство было подтверждено графической экспертизой.

В шахте, в которой Масличенко работал машинистом, в помещении подъемных механизмов была обнаружена бутылка, начиненная аммонитом, с капсюлем-детонатором, четыре самодельные гранаты и бикфордов шнур. Допрошенный показал, что гранаты изготовлялись им с целью организации нападения на вооруженную охрану лагеря.

На следствии арестованный сообщил, что, будучи враждебно настроенным к советской власти, прибыв в Особый лагерь, он договорился с другим заключенным об организации антисоветской группы для борьбы с советской властью. Вторым «основателем» партии стал судимый шесть раз (в том числе четырежды – по уголовным статьям) заключенный Сугаев. Организаторы занялись распространением листовок от имени партии «ВСДП», которые подписывали псевдонимами Сумский и Алтай. Вдвоем они занимались подготовкой нападения на пост охраны и вовлечением в свою группу других заключенных.

В августе 1952 г. приговором Военного трибунала войск МВД по Дальстрою Масличенко и его подельник осуждены по ст.19-58.10 (пропаганда и агитация в контрреволюционных целях), 58.11 (организация в контрреволюционных целях) УК РСФСР к 25 годам лишения свободы. Позднее определением Военного трибунала Дальневосточного военного округа указанные статьи изменены на ст.17-59.2 (массовые беспорядки, погромы, поджоги) УК РСФСР. В ходе массового пересмотра дел в 90-х гг. указанные лица признаны не подлежащими реабилитации. О чем и было недавно сообщено родственникам в ответ на их заявление с просьбой о реабилитации «невинно осужденных».




Сетевое издание «Вечерний Магадан». Регистрационный номер ФС77-73952 присвоен Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 12.10.2018. Главный редактор Наталья Альбертовна Мифтахутдинова. Учредитель: муниципальное автономное учреждение города Магадана «Медиахолдинг «Вечерний Магадан».

 Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с письменного согласия редакции.
Редакция не несет ответственности за материалы, размещенные пользователями.

Порядок обработки персональных данных на сайте.

Электронный адрес evenmag@citylink.ru 

Телефоны: главный редактор - 620478, приемная - 627412 

СДЕЛАЛ AIGER